Есть…

Есть разговоры, вместить в себя которые практически невозможно. Есть правда о мироздании, с которой кажется нельзя примириться, нельзя вынести. Но если вести эти разговоры об этой правде на таком же невместимом — но невместимо прекрасном — фоне, в минуты, когда сердце почти готовое разорваться от боли, вдруг начинает разрываться от красоты, от трепета перед чудом,…

Нида

*** Я вижу слезу Движущейся Струящуюся по кромке песка вокруг ее глаз   Хребты оголенных рыб Впиваются в мои стопы   Меня засыпает песок Небытие Белый прах Такой мертвый. Такой нежный Такой нежный. Такой мертвый        

Другие формы нежности

*** Искать другие формы нежности. Спросить — у вечереющего неба, у остывающего Песка дороги, У мелких крошек камня на босых ступнях, У жарких летних сосен. У жизни, так привычно ткущей паутину Между озерных камышей. Спросить: Ты здесь? Просить: Дай знать, что ты, хотя бы ты — Со мной. Дай знать, что ты, хотя бы ты,…

Студия Тишины. Ночь

Я не умею все же ходить прямыми дорогами. Задумаю одно — а за поворотом все оказывается совсем иначе. Вместо прозрачного горного воздуха — золото гонгов. Вместо истории отшельнического пути — бессловесная тайна звука. Наверное, это было неизбежно: Из_тишины и Студия Тишины должны были однажды встретиться. Соединиться на время в своем таком немыслимо разном и все…

Холодный небесный свет

Ты снишься мне, любимый мой. Ты снишься мне. Во сне я обнимаю твои плечи, дышу вместе с тобой — и точно знаю, что где-то там, в самой лучшей, самой чистой части своего существа, в моих плечах и груди, дышащих с тобой в унисон — я все что угодно готова простить тебе. Страх, слабость, ложь. Твои…

PS

Обжигающий внутренний космос, Обжитой, С абажурами воспоминаний. Завернувшись в объятия времени Все живые и мертвые смотрят в окно На мерцающий свет. Жизнь становится плоской, Когда я забываю, Когда не различаю Вдох и выдох, Шаг и падение, Взгляд и бездну. Жизнь становится вывеской. Рядом с вывеской – дверь В обжигающий внутренний космос. Александр Гиршон

Могу ли я?

Зал вылета. Провинциальный аэропорт. Задержка рейсов — одного за другим. Часы… и часы… и часы… В магазинах, в проходах, в очередях кафе, на железных рядах сидений — повсюду люди. Люди, застрявшие на пол пути, пойманные транзитной зоной между прошлым и будущим, провалившиеся в щель времени — на полном ходу. За спиной — обратный клапан паспортного…

Дождь. Сны

Дождь. Дождь. Гроза над крышей. Цветные сны залитого фотоаппарата.

Вильнюс

Каким-то таким мне запомнился Вильнюс…